Gorod.dp.ua » О городе » История города Пт, 14 декабря 2018  09:41
ИСТОРИЯ ГОРОДА  
»
Поиск в разделе: 
Укр   |  English

Днепропетровская хронология. Даты основания

Споры о том, какую дату считать началом исторической жизни Днепропетровска, начались очень и очень давно, а в последние неспокойные десятилетия ведутся особенно активно.

Дискуссии проходят волнообразно – то разгораются с новой силой, то утихают, чтобы через несколько лет подняться вновь. В СМИ подымаются волны полемических заметок, очерков, подчас и довольно скандальных публикаций. Согласно официальной хронологии, в сентябре 2006-го Днепропетровску исполнилось 230 лет. Однако существует масса «оппозиционных» точек зрения. В числе вероятных предшественников города называют населенные пункты Самарь, Старый и Новый Кодаки, Половицу, даже полулегендарный греческий монастырь на острове. Смогут ли историки когда-нибудь договориться по поводу «единого дня рождения» Днепропетровска? Или пусть каждый и дальше празднует ту дату основания, которая ему ближе по душе?

У Днепропетровска не менее 13-ти возможных дат основания

Но сначала давайте определимся, сколько же у нашего города дат основания? Иными словами – сколько исторических дат в разное время были задекларированы как вероятные даты основания днепровского мегаполиса? И есть ли даты, которые не были «засвечены», но могут считаться таковыми?

Справедливости ради отмечу, что «незасвеченных» дат нет вовсе, касается ли это возникновения Екатеринослава или, наоборот, более старших поселений в Днепровском Надпорожье. Все эти даты в разное время были найдены и представлены историками, краеведами и журналистами в городской и региональной прессе. Или поданы в различных энциклопедиях – от «Брокгауза и Ефрона» и «Большой Советской» до «Britannica» и «Americana». Есть случаи публикаций и в общеукраинских средствах массовой информации – проблема летоисчисления Днепропетровска давно вышла за сугубо научные рамки, стала объектом политико-идеологической активности.

Довольно давно (с конца восьмидесятых годов ХХ века), будучи наблюдателем и участником дискуссий по летоисчислению Днепропетровска, я, кроме всего прочего, параллельно подсчитывал количество высказанных версий. Сейчас их… не меньше 13-ти. В этой статье перечислю все даты, коротко расскажу кто, когда и где высказался в их поддержку. Чтобы картина была максимально более полной.

Все даты основания можно условно разделить на три хронологических узла – «доекатеринославский», «екатеринославско-кильченский» и «екатеринославско-днепровский». Рассмотрим их по хронологии появления на печатных страницах.

Екатеринославская каноническая хронология – 1787 год

Самая традиционная дата основания города – 9 (20) мая 1787 г. Это день торжественной закладки Екатеринослава на правом берегу Днепра. Екатерина II, австрийский император Иосиф II Габсбург, князь Потемкин “и другие официальные лица” заложили первые камни Преображенского собора, а вместе с ним и всего города. С тех пор Екатеринослав начал свою жизнь на днепровском правобережье и больше никуда не перемещался, плавно превратившись в современный мегаполис.

Такой взгляд на происхождение и назначение Екатеринослава заложил в своих работах, еще в 40-х годах ХІХ в., первый историк Екатеринослава архиепископ Гавриил (Василий Федорович Розанов). Он довольно четко сделал ударение на отличиях Екатеринослава и предшествующих населенных пунктов с точки зрения городских признаков, в социокультурном контексте. Рассматривая временный упадок Екатеринослава в конце XVIII – в начале ХІХ ст., он сетовал, что Екатеринослав “златом сиять понадеявшийся, он превратился в сосуд глиняный или в ту самую первобытную Половицу, на месте которой основался”. Историк края Александр Егоров в своей работе с интересным названием «Екатеринославское блукание» (1887) отметил, что Екатеринослав “самое начало своей жизни считает с 1787 г.”, “с закладки собора” русским и австрийским монархами и Г.А. Потемкиным.

9 мая 1887 г. Екатеринослав официально отпраздновал свой 100-летний юбилей. Это был, наверное, самый грандиозный городской праздник за всю историю старого, дореволюционного Екатеринослава. К этому событию были изданы первые фундаментальные исторические работы – «Первое столетие города Екатеринослава. 1787 – 1887» Михаила Владимирова, «Столетний юбилей города Екатеринослава» Константина Королькова. Несколько месяцев в 1887 г. издавалась уникальная газета «Екатеринославский юбилейный листок». Вышло всего 25 номеров. Все они «до отказа» были заполнены историческими документами, мемуарами старожилов, статистическими материалами, историческими анекдотами.

Празднование столетнего юбилея Екатеринослава в 1887 г. окончательно закрепило каноническую хронологию городской истории. С этого времени в подавляющей массе публикаций вплоть до второй половины ХХ в. проводилась точка зрения, что город Екатеринослав ведет отсчет своей жизни с 1787 г., и что закладывался он как мощный полифункциональный урбанистический центр (“третья столица империи”). Кроме отмеченных выше работ М. Владимирова и К. Королькова, это и «История города Екатеринослава» Д.И. Яворницкого, и работы географа и историка Л. Маслий, и послевоенные путеводители по Днепропетровску (1956, 1959 и 1970 гг.). И масса других работ в прессе.

Замыкает список «канонических» публикаций статья знаменитого днепропетровского журналиста, краеведа и писателя Михаила Шатрова в газете «Прапор юності» под названием «Год рождения 1787-й» (21 мая 1967 г.). «У Днепропетровска – именины: завтра, 22 мая, исполняется ему точь-в-точь сто восемьдесят», – писал автор «Города на трех холмах».

Сто восемьдесят пятого юбилея у Днепропетровска не было (!). В 1972 г. было принято решение праздновать именины Днепропетровска не от 1787 г., а от 1776 г. – даты основания Первого Екатеринослава (Кильченского). Город на Днепре сразу стал на 11 лет старше и отметил 200-летний юбилей уже в 1776 г. Но об этом чуть позже.

«Первый екатеринославский полуканон» – 1783, 1784, 1786 годы

Любопытно отметить, что многие авторы, следуя в русле «екатеринославского канона», в ряде изданий часто представляют другие даты основания Екатеринослава на Днепре. 1783, 1784 и 1786 гг. – это тоже альтернативные даты основания правобережного Екатеринослава. Почему?

В 1783 – 1784 гг. днепровский Екатеринослав был основан юридически. 30 марта 1783 г. Екатерина II издала указ об образовании нового наместнического центра под старым названием Екатеринослав. До этого Екатеринослав Первый находился на Кильчени и был центром Азовской губернии. Теперь появилось Екатеринославское наместничество. А 22 января 1784г. вышел широко известный указ Екатерины II о четком расположении «нового старого» Екатеринослава – на правом берегу Днепра, возле Новых Кайдак.

Дату 1783 г. в качестве отправной называют очень многие издания. Энциклопедический словарь «Брокгауз и Ефрон» (полутом 22, 1894). И. Хмиров в пособии «по изучению родиноведения» «Екатеринославская губерния» (1899). В томе XIV «Новороссия и Крым» знаменитого энциклопедического издания «Россия. Полное географическое описание нашего отечества» (1910). Эта же дата зафиксирована в 5-м томе «Советской исторической энциклопедии» (1964), в «Українському радянському енциклопедичному словнику» (1966, 1986) и даже во 2-м томе «Енциклопедії українознавства». 1783 г. приведен как дата основания Екатеринослава на Днепре во всех трех изданиях «Большой Советской энциклопедии» (1935, 1952, 1972).

Дату 1784 г. называют в качестве отправной знаменитая англо-испанская исследовательница Исабель де Мадариага в своей работе «Россия в эпоху Екатерины Великой» (1982); «Украинская советская энциклопедия (том 3, 1980). Раньше всех (по моим сведениям) акцент на дате 1784 г. сделал «Словарь географический Российского государства, описывающий азбучным порядком» (Москва, 1804, часть 2).

Немного сложнее с датой 1786 г. Этот год как дату основания приводят не очень часто. Базируются на сведениях, что еще до приезда Екатерины II и закладки города 9 (22) мая 1787 г. уже велись подготовительные работы, с осени 1786 г. возводились временные постройки. Дата 1786г. часто фигурирует в зарубежных энциклопедиях – например, в томе 7-м энциклопедии «Britannica» (1961) и в 9-м томе энциклопедии «Americana» (1971).

Новая «екатеринославско-днепропетровская» хронология – 1776 год

В 1972 г. правящие круги решили, что базовой, отправной датой основания Днепропетровска нужно считать дату основания Екатеринослава Кильченского – 1776 год. Сказано – сделано: в 1776 г. город отметил 200-летний юбилей. В 2001 – 225 летний юбилей, а в 2006 – 230-летнюю годовщину. Что будет дальше – пока «тайна за семью печатями». Но не об этом сейчас.

7 декабря 1972 г. в газете «Днепр Вечерний» вышла статья В. Фермана «Как установили юбилейную дату», где впервые 1776г. назван датой основания Днепропетровска и провозглашена подготовка к 200-летнему юбилею города. Более интересно другое. Смещение акцентов в городской истории (с Екатеринослава Второго на Екатеринослав Первый) произошло в 1972 г. – но задолго до 1972 г. большинство историков Екатеринослава – Днепропетровска описывали историю кильченского Екатеринослава. Подчас трудно понять, выводили ли они начало днепровского Екатеринослава от той первой, неудачной попытки построения города в самарских болотах, или считали нужным упомянуть о ней «для контраста».

До революции история двух Екатеринославов точно не противопоставлялась друг другу. Скорее, даже наоборот – четко указывалось, что Екатеринослав перенесен с левого берега Днепра на правый. Унаследовано имя, статус, перенесены органы управления, чиновничий аппарат, часть населения, даже деревянные строения количеством в нескольких десятков. Так писали об этом дореволюционные авторы, писал и Дмитрий Яворницкий.

После 1972 г. стали намного больше подчеркивать преемственность между двумя Екатеринославами. 1776 г. как дата основания Днепропетровска прочно вошел в большинство городских публикаций 1970 – 2000-х гг. Это и путеводители (1974, 1979, 1985), и книги «Вехи истории», и «Два века борьбы и труда» (обе – 1976). В новейшее время книги «Катеринослав – Дніпропетровськ 225: Видатні особистості та обличчя міста” (2001), «Экология мегаполиса» (2002) и многие другие. Большинство энциклопедий тоже «перешли» на дату 1776 г. Ну, ладно – все «Советские энциклопедические словари» после 1976 г. и новые российские… Так и «Український радянський енциклопедичний словник” (том 1, 1986), «Географічна енциклопедія України» (том 1, 1989). И даже изданные “за бугром” «Encyclopedia of Ukraine» (Торонто – Лондон, 1984) и «The World Book Encyclopedia» (Чикаго – Лондон – Сидней – Торонто, том. 5, 1994). Несмотря на ожесточенную критику девяностых, дата 1776 г. плавно перекочевала в современные украинские справочники, например, «Міста України» Андрея Ивченко (1999) и «Універсальний словник-енциклопедію» (1999).

«Второй екатеринославский полуканон» – 1777 и 1778 годы

С датой появления на исторической арене Екатеринослава Первого те же казусы, что и с возникновением Екатеринослава Второго. Часть авторов называют датой основания города на Кильчени не 1776, а 1777 и 1778 годы. Кратко история выглядит так. Весной 1776 г. впервые появляется информация о начале строительства, только не говорится, идет ли оно уже или только составляются проекты. В 1777 г. город уже фиксируется как «живой». А в 1778 г. в Екатеринослав уже переезжает губернатор Чертков с канцелярией, т.е. город функционирует в полную силу.

1777 год показан в работах А. Егорова «Екатеринославское блукание» (1887), Д. Багалея «Колонизация Новороссийского края и первые шаги его по пути культуры» (1889), «Книжка к плану города Екатеринослава» (1898), в книге С.Б. Ревского «Екатеринослав Кильченский» (1974). Этот же год подает и «Радянська енциклопедія історії України» (том 2, 1970).

Весьма спорный 1778 год тоже нашел прописку в массе работ как дата основания Екатеринослава I. Очерк Я. Немченко «О.С. Пушкін в Катеринославі» (1959); книга «Днепропетровщина: Природа и экономика» (1959); уже упоминавшаяся «Россия в эпоху Екатерины Великой» Исабель де Мадариаги (1982). И энциклопедии – к примеру, тот же словарь «Брокгауз и Ефрон» (1894). Раньше всех 1778 год назвал датой основания Екатеринослава Первого «Словарь географический Российского государства, описывающий азбучным порядком» (Москва, 1804, часть 2).

Уход от Екатеринослава в глубь веков – IX, XI века, 1576, 1635, 1650 и 1750 годы

В самом разгаре «перестройки» горбачевская гласность способствовала тому, что канонические взгляды стали подвергаться сомнению, а часто просто высмеивались. Возникла масса новых взглядов на возникновение Днепропетровска, где акцент делается на целый ряд поселений, основанных раньше Екатеринослава.

В 1988 – 1995 гг. днепропетровский (ныне киевский) историк Юрий Мыцык выступил в прессе с серией «разгромных» статей, в которых раскритиковал и 1787 г., и 1776 г. как даты основания и предложил собственную – 1635 г. Дата основания крепости Кодак в окрестностях Днепропетровска.

Начались серия «информационных войн» по поводу даты основания города и юбилейных празднований. Периодически звучали и звучат «залпы» в прессе. В качестве одного из видов оружия используются «открытые письма» разных авторитетов в пользу той или иной версии. Между прочим, количество серьезных исследований растет гораздо медленнее, чем число публикаций со взаимными обвинениями в прессе. Все девяностые годы власть отмалчивалась, или делала вид, что отмалчивалась. В поддержку «кодацкой» версии было написано письмо 20-ти историков (преимущественно киевских) и опубликовано в 2001 г., но оно успеха не имело. И в 2001 г. Днепропетровск официально отметил 225-летний юбилей.

Кроме «старокодацкой» версии прозвучали и другие альтернативные предложения отмечать городской юбилей. От даты первого упоминания слободы Половицы (1750) – писатель Владимир Заремба (газета «Січеславський край», март 1997 г.), историк Анна Швидько (газета «Наше місто», 8 ноября 2000 г.).

От даты первого упоминания казацкого города Новый Кодак (1650) – письмо восьми днепропетровских историков осенью 2005 г. и ряд статей в местных изданиях.

От даты первого упоминания казацкого населенного пункта Самарь (1576) – книга Владимира Бинкевича и Вадима Камеко «Городок старинный запорожский Самарь с перевозом» (2000).

Совсем экзотика. В 1995 г. днепропетровский журналист Вадим Рыжков выступил с полупровокационным предложением праздновать юбилей города от якобы основанного на острове в IX веке византийского монастыря и выдвинул лозунг «Днепропетровску – 1125 лет!» (газета «Днепропетровск», 10 августа 1995 г.). Затея эта успеха не имела.

И лишь одна дата из “альтернатива” оказалась не до конца востребованной. Речь идет о дате основания действительно первого урбанистического очага в нашем крае – города-славян русичей на Игрени. Речь не о районе знаменитой лечебницы, а о полуострове в Самарском устье, который десятки лет исследуют археологи. Приблизительно в XI веке здесь был основан город – неукрепленный центр торговли русичей с кочевниками, который жил несколько веков и был разрушен нашествием монголо-татар в XIII веке. Дата основания Игреньского поселения “не до конца” востребована, так как постоянно приводится в публикациях (археолог Дмитрий Телегин, который и раскапывал это городище, глава в книге В. Бинкевича и В. Камеко о Самари и др.), но никогда не выдвигалась в качестве самостоятельной даты основания Днепропетровска. Хотя, если судить по логике последних предложений, она имеет на это полное право.

Голова действительно идет кругом от неразберихи в датах основания мегаполиса, от обилия названий работ и ссылок. Может даже возникнуть впечатление, что вся ранняя история Днепропетровска – какая-то каша, полный разброд в десятках исторических книг, эссе, путеводителей, энциклопедий. Однако это совсем не так. И правда, – за двести лет накопились десятки спорных вопросов, начиная простыми описками и опечатками с последующим неоднократным их переписыванием, и заканчивая устойчивыми мифами. Самая трудная и запутанная проблема – проблема генезиса Днепропетровска, скрытая за поисками городской даты основания. Дальше читайте, почему образовалось столько взглядов на возникновение города? Какие факторы влияли и сегодня влияют на этот процесс? Как можно примирить такие разные точки зрения и стоит ли это делать?

Почему же Днепропетровск, всегда умевший решать в свою пользу очень серьезные проблемы, в том числе государственного и мирового уровня, – не может переварить эту «внутреннюю» проблему? В десятках исторических книг, эссе, путеводителей, энциклопедий по-прежнему царит разброд по вопросу происхождения нынешнего мегаполиса. В девяностые годы ХХ века местная пресса называла противоположные даты основания Днепропетровска, в зависимости от провластности или оппозиционности издания. Сейчас страсти чуть-чуть поутихли. Надолго ли? История Днепропетровска часто «делалась» на стыке научного и политико-идеологического факторов. Попробуем отойти от этого правила и спокойно разобраться в особенностях появления города на днепровских берегах.

Проблемы – не исторические, а ментальные

Историки до сих пор не договорились о «едином дне рождения» Днепропетровска по двум причинам. Первая причина – сугубо научная – до сих пор отсутствует детальный анализ возникновения города на рубеже XVIII – XIX веков. Самая известная книга по этой проблеме – «История города Екатеринослава» Дмитрия Яворницкого, написанная… в 1937 г. После нее – широко известный «Город на трех холмах» Михаила Шатрова (1966), десяток путеводителей, несколько красиво изданных очерковых работ за последние пятнадцать лет. А фундаментальной истории пока нет. Пока…

Второй и главной причиной смело можно назвать вмешательство неких политических сил на разных этапах городского развития. Но.. Главные факты конца XVIII – начала XIX веков в жизни Екатеринослава в целом неплохо реконструированы. В той же книге Яворницкого довольно спокойно изложена история и казацких поселений в районе будущего Екатеринослава, и история строительства самого Екатеринослава по проектам Потемкина. Детали, конечно, тоже ценная вещь… Но кто же такой таинственный «вертит» вопросами с датой основания Днепропетровска и с какими целями? В тридцатые годы минувшего столетия сказали бы – «найти и обезвредить». А кого? Ведь конкретных виновных нет. Спору нет, среди историков всегда находились люди, зависимые от интересов конкретных политико-финансовых кругов. Есть они и сейчас.

Тайна зарыта чуть глубже. Проблемы не в самой истории, а в нашем умении воспринимать ее такой, какой она есть. Не нужно искать решения в истории собственных современных проблем. Днепропетровск пытался уходить от Екатеринослава в глубь веков во время потрясений и атмосферы отчаяния, вызванных кризисом и распадом советской системы. Это была неудачная попытка освободиться от «груза имперского прошлого». Справедливо ли выбрасывать на «помойку истории» два с лишним века, когда, собственно и делалась история этого города и этого региона в их современном виде? Есть ли смысл, отказываясь от героизации советского прошлого, идеализировать теперь уже казацкий пласт нашей истории?

Законы Степного Пограничья

Одна из реальных больших проблем Днепропетровска – его интравертность, стремление решать проблемы только своим путем, обдумывая многое в плотно занавешенных кулуарах. Часто мы отказываемся от заимствований, даже когда это выгодно нам самим. То же самое и в научной сфере. Историю Днепропетровска делали в основном на краеведческой парадигме, с акцентом на описание, а не на анализ. Поэтому возникали неизбежные проблемы с объяснением явлений и процессов.

А изобретать велосипед в который раз не нужно. Есть такое мировое понятие «урбанизация» и «урбанизационный процесс». «Urbs» – город по латыни. С древних времен город был центром и двигателем мировой цивилизации. «Urbi et orbi» («Городу и миру») возвещает Папа Римский, обращаясь со своими посланиями. Урбанизация – процесс роста городов и усиление их влияния в мире. А возникают города двумя путями – либо долго и постепенно вырастают из небольшого поселения, либо основываются сверху властной рукой какого-то сильного государства.

Часто бывает и так, как получилось в Днепровском Надпорожье. Лакомый кусочек степного пространства. Здесь издавна пересекались народы и культуры, шедшие с севера на запад, с запада на восток. И каждая сильная культура или претендовавшая на звание таковой, хотела контролировать зону перед Днепровскими порогами. Основывать поселения, как бы сейчас сказали, городского типа. Ключ к контролю над всем степным пространством Причерноморья. Так как надежным эпицентром контроля мог стать только город. В Средневековье город был крепостью, в новое время город постепенно утрачивает военные признаки и превращается в многофункциональный центр – экономика, промышленность, власть, культура, идеология и многое-многое другое. Словом, все базовые сферы человеческой жизнедеятельности.

И во все времена был непреложный закон – культурная конкуренция. Смогла культура выстоять в конкурентной борьбе – и себя сохранила, и следы своего пребывания на земле закрепила. Стала слабеть культура, ушла в прошлое, и города ее разрушились, а на их месте или рядом возводились новые. А если сильным культурам удавалось основать городские центры с мощным потенциалом, то эти города оставались даже с уходом культур, их создавших. Эти города сохранялись и развивались дальше. И новая культура, которая приходила, стремилась взять этот конкретный город и оставить в нем и свои следы. Такие города – устойчивые центры, иногда называют «мировыми». Днепропетровск – именно такой город.

Но как же возник Днепропетровск? Есть такой термин – Пограничье. Не в смысле государственной границы. А в значении территории – пограничной между культурами и цивилизациями. Ближний Восток, Сибирь, «Дикий Запад» Америки, и… Степное Причерноморье и Приднепровье. Жизнь на такой территории очень сложна – гораздо выше напряжение и уровень опасности. И в то же время больше возможностей. С давних времен Нижнее Приднепровье было пограничьем между лесостепью и степью, между оседлым и кочевым образами жизни. А особенно – территория перед порогами и на порогах.

Именно здесь в 972 г. встретил свою смерть киевский князь Святослав. Убил его князь печенегов Куря. Святослав спустился по Днепру в Черное море, успел повоевать в Византии, шел домой отдыхать «от дел ратных», а… убит был на порогах. Из его черепа Куря сделал себе кубок для торжественных церемоний. Такой был обычай у печенегов. Об этом сообщает летопись.

На Пограничье встречаются разные мировоззрения, разные представления о жизни и счастье, разные веры и разные обычаи. Встречаются разные менталитеты – очень модное нынче слово. Отношения народов на Пограничье – это не обязательно война и непреодолимые противоречия. Слишком много здесь непредсказуемых союзов недавних противников, и одновременно разладов среди «самых своих». Это территория, где живут и сосуществуют разные «правды жизни».

Не сразу завязывается городской узел на Пограничье. Бывает и так, что многие культуры основывают свои городские центры. Они конкурируют друг с другом, и из нескольких центров побеждает сильнейший. Это называется «урбанистическая конкуренция». Уже потом какой-то из городов берет инициативу и становится эпицентром городского развития. Так вышло и с Екатеринославом – Днепропетровском.

Екатеринослав был далеко не первым городом перед порогами в приднепровской степи. Это правда. Почти тысячу лет перед переездом сюда «губернатора с канцелярией» здесь шла борьба за виртуальный властный трон, за обладание ключевой территорией – перед, над и за порогами. Боролись славяне и тюрки, земледельцы и кочевники. Сейчас порогов уже нет, их залили воды Днепра в 1932 г., после строительства Днепрогэса. Но законы прежние остались, ибо психология человеческая по сути своей не меняется.

Монастырь, Игрень, Самарь…

В Надпорожье всегда воевали и торговали, и молились Господу. Легенда связывает с нынешним Монастырским островом в центре Днепропетровска основание в IX веке первого очага христианской культуры и светоча просвещения в Приднепровье – византийского монастыря. Историк края XIX в. епископ Феодосий считал, что Апостол Андрей Первозванный, проходя вверх по Днепру, счел это место удобным для проповеди и водрузил здесь крест. Спустя почти тысячу лет место это якобы облюбовали византийские монахи. Построили церковь, обзавелись кельями. Со временем монастырь превратился в место паломничества. Его будто бы почтили своим вниманием и князь Владимир, и княгиня Ольга…

Можно снисходительно относиться к этой красивой легенде, которая пока не получила никаких археологических или документальных подтверждений. Но смеяться над ней ни в коем случае нельзя. В этой красивой истории, как в зеркале, передана культурная специфика Днепровского Надпорожья.

Первый урбанистический центр в районе современного Днепропетровска появился… в ХI веке. На современном Игренском полуострове в устье Самары. Что интересно – это не была традиционная крепость – центр контроля. Здесь шел интенсивный торговый обмен. Город простирался на несколько километров вдоль реки. Археологи считают, что здесь даже жили вместе славяне и кочевники. Вот оно – Степное Пограничье.

Город разрушили монголо-татары и больше не возобновляли. Исследователи выдвигают смелые гипотезы. Владимир Бинкевич и Вадим Камеко в своей книге “Городок старинный запорожский Самарь с перевозом” (2000) выдвинули гипотезу, что оседлая жизнь не прекратилась, и поселение передвинулось выше по Самаре, а потом перешло на правый берег реки. Здесь уже в XVI – XVII веках образовался крупный городской центр – Самарь.

В последнее время полулегендарная Самарь обретает вполне конкретные очертания. Археологи Днепропетровского национального университета, интенсивно раскапывающие Самарь, обнаружили массивную крепость (валы, бастионы, рвы), массу свидетельств экономической деятельности, в том числе товарные пломбы.

Что же было дальше? Линия урбанизационных процессов на левом берегу Днепра постепенно исчерпала себя. В XVIII веке Самарь называли Самарским ретраншементом, к концу века это было уже село. В 1776г. неподалеку от Самари российская имперская администрация основала первый собственный губернский центр, первый Екатеринослав Кильченский, как оказалось ненадолго. Чтобы затем перенести его в 1784 г. на правый берег Днепра.

Два Кодака и два Екатеринослава – кто кого?!

Что же происходило несколько столетий на правом берегу Днепра перед порогами? Считается, что после нашествия монголо-татар легендарный монастырь был разрушен, однако оседлая жизнь не прекратилась. Епископ Феодосий пишет, что православная жизнь теплилась даже в пещерах. В XVI в. в жизнь края вошел новый мощный культурный феномен – запорожское казачество. К концу века за порогами образовалась Сечь. А перед порогами? Точных сведений нет, но можно утверждать, что уже в первой половине XVII в. здесь снова оседает постоянное население. Сведений о городских центрах нет, так как для этого не было еще внутренних предпосылок.

Зато есть предпосылки внешние. Мощные государства – соседи – начали активно проникать на земли Степного Приднепровья. Инициативу захватила Речь Посполитая – объединение Польши и Литвы с 1569 г. Польско-литовское государство проводило собственные проекты колонизации. Казаки, к XVII веку начавшие оформляться в отдельную этнокультурную группу, активно сопротивлялись этому.

В 1635 г. польское правительство руками украинских же крестьян и казаков и по проекту француза Гийома де Боплана возвело крепость Кодак, над первым порогом – Кодацким. Кодак ждала впереди не очень долгая – семьдесят лет – однако бурная история. Первый раз казаки взяли его… через месяц после строительства. Это сделал отряд атамана Ивана Сулимы. Сулима за это поплатился головой и был казнен в Варшаве. Казаки не приняли польско-католический форпост Кодак, пытались не один раз взять его, и в 1648 г. эти намерения увенчались успехом. С тех пор до 1709 г. Кодак превратился в главный опорный пункт уже казацкой колонизации. Здесь «сидело» войско, хранили запасы продовольствия. А в 1709 г. Кодак разрушили по приказу Петра I в наказание за действия гетмана Мазепы. Кодак разорили, как и саму Сечь. С тех пор он пытался подняться, но был обречен. В конце XVIII в. это село с населением до тысячи человек. Сейчас село Старые Кодаки в окрестностях Днепропетровска посещают туристы – осматривают остатки той самой крепости – сохранившуюся часть валов с обелиском.

Новый Кодак возник примерно в 20-ти километрах выше Старого Кодака по течению Днепра. Точная дата его основания не известна; называют обычно 1650 год. За полтора столетия Новый Кодак обрел набор городских признаков и стал центром паланки (области) Войска Запорожского. Здесь располагались органы управления, мощная крепость, несколько церквей. К началу строительства Екатеринослава в Новом Кодаке ежегодно собирались 5 ярмарок.

Во второй половине XVIII века жизнь края стремительно изменилась, чтобы еще больше преобразиться в следующем, XIX веке. Российская империя подчинила себе пространства Северного Причерноморья, начала активно их заселять и осваивать, параллельно ликвидировав в 1775 г. Запорожскую Сечь и введя деления на губернии и наместничества.

России нужен был мощный городской центр в Приднепровье, который стал бы центром управления и колонизационного процесса. Ни один из имевшихся старых центров для этой роли не подходил. Функции и масштабы города – проводника новой государственной политики – задавало имперское правительство. Оно - то и решило – строить совершенно новый город, что называется, «с нуля».

Что из этого получилось – довольно хорошо известно. В первый раз Екатеринослав появляется на исторической арене в 1776 г. Город начал развиваться на кильченско-самарских болотах. Почти десять лет понадобилось имперским властям, чтобы признать свою ошибку. Екатерина II 22 января 1784 г. своим указом назначила «губернскому городу под названием Екатеринослав быть по лутчей удобности на правой стороне реки Днепра у Кайдака». Официально город заложили 9 (22) мая 1787 г. лично Екатерина II и участники ее южного путешествия. Город основали на месте казацкой слободы Половицы. На месте мазаных хат и на пустынном холме спешно принялись прокладывать участки под будущую застройку, а населению слободы разрешили идти «куда оне похотят». Население разбежалось по окрестным селам, а в Екатеринослав интенсивно прибывали «новые люди».

Битвы гигантов не получилось

Несколько фраз из официальных документов, где в качестве ориентира для строительства Екатеринослава упоминается Новый Кодак, порождают соблазн отождествить Новый Кодак и правобережный Екатеринослав на раннем этапе развития. Но ведь общеизвестно, что Екатеринослав, как и в первый раз, решили закладывать с нуля, теперь уже на труднодоступной гранитной горе. В этом была гордыня империи. В конце концов империя создала таки свой собственный город – Екатеринослав. Одновременно величественный и противоречивый. Регулярная планировка с широким проспектом поначалу соседствовала со свиньями и курами и навозом на улицах. То, что не продумал Потемкин, продумала сама жизнь. С середины XIX века канавы засыпали, проложили бульвары, кур и свиней с главных улиц прогнали, и эти картины остались только в городских анекдотах, да в сборниках мемуаров. Потом уже была эра металлургических заводов.

А что стало с Новым Кодаком? Какой была «урбанистическая конкуренция» в этом случае? Конкуренции не было. Хоть и мал был поначалу Екатеринослав, но за ним стояла мощь имперской машины. Ярмарки из Нового Кодака перевели в стоявший ниже на 7 – 8 километров по течению Днепра Екатеринослав. Окончательная точка в истории Нового Кодака как городского центра поставлена 3 июля 1795 г. Екатерина II издала указ – «смежное местечко» Новые Кайдаки присоединить к Екатеринославу. В следующем, XIX столетии, Новый Кодак превратился в село, и только в 1900 – 1910-х гг. стал западным районом Екатеринослава. Сейчас это поселок Кайдаки в Ленинском районе (детальнее о Новом Кодаке см. очерки в нашей газете от 23 и 30 марта 2005 г.).

Предыдущие городские центры в Надпорожье по разным причинам прекратили свое существование. Екатеринославу тоже не всегда везло. Первые сто лет, практически лишенный финансовой поддержки со стороны государства, город трудно становился на ноги. Однако дальнейшую конкуренцию в целом выдержал, состоялся как крупный узловой центр регионального значения, а во времена Советского Союза (под новым именем Днепропетровск) развил и закрепил свой статус и параметры развития. На рубеже ХХ и XXI веков город постиг новый кризис, из которого он, кажется, постепенно, выбирается…

Проблема происхождения Днепропетровска, как видим, гораздо глубже, чем оказавшиеся на поверхности 13 одномоментных «дат основания». Это вопрос о «начале начал», о базовых факторах, из которых возник и состоялся Днепропетровск – город на перекрестке культурных и геополитических контактов. В последние двадцать лет часто пытались решить этот вопрос довольно просто – связать историю Екатеринослава и многих предыдущих поселений в одну картину. В результате, механически объединяя разные урбанистические потоки XVII – XVIII веков, связали новый «гордиев узел» из мифов и противоречий. Разрубить этот узел невозможно, его приходится искусно разматывать. В следующем очерке проследим, что же все-таки происходило с днепропетровской хронологией во второй половине ХХ века. Как взаимодействовали между собой история и политика? Что из этого получилось в итоге, и что теперь с этим делать? Как говорится, куда пришли и к чему теперь идем?

Рекордное количество дат основания Днепропетровска – продукт деятельности не только и не столько поколений ученых – историков. Здесь отчетливо просматривается действие политического и идеологического факторов. Особенно в ХХ веке. В советское время история «кузницы кадров» колебалась в зависимости от колебаний «генеральной линии». После достижения Украиной независимости все оказалось еще сложнее. Разные историки по-разному восприняли эту самую генеральную линию. Часть бывших рьяных коммунистов принялась срочно переписывать историю города «в украинском духе». При этом каждый понимал по своему «украинский характер» этой новой истории. Презентация новых хронологий для Днепропетровска сопровождалась обильной политической риторикой. Кажется, все немного успокоилось, но… только на первый взгляд. Посмотрим, как политический фактор влиял и влияет на «днепропетровскую хронологию»? Что делать с разными датами основания города и как можно примирить оппозиционные точки зрения?

Большевики оставили прежнюю дату основания

В первой половине ХХ века, даже после большевистской революции 1917 г., ситуация с датой основания Екатеринослава (в 1926 г. названного Днепропетровском) особых дискуссий не вызывала. Официальный отсчет, как и до революции, вели от 9 мая 1787 года – даты закладки днепровского Екатеринослава императрицей и ее свитой. При этом не забывали упомянуть о первом Екатеринославе, так называемом Кильченском.

Два Екатеринослава не противопоставлялись один другому. Наоборот, вполне спокойно указывалось, что город был первоначально заложен на Кильчени, уже потом перенесен на правый берег Днепра, где и развивался дальше. Показательна статья, вышедшая в газете «Звезда» 22 мая 1927 г. под названием «150 лет тому назад был основан Екатеринослав». Был еще характерный подзаголовок «К 150-летию Екатеринослава 1-го и 140-летию Екатеринослава 2-го (Днепропетровска)». Повествование велось с 1777 г. (тогда считалось, что первый Екатеринослав основан не в 1776, а в 1777 г.). Сначала рассказывается о первом Екатеринославе, а потом о втором. Как видим, генетическая связь двух Екатеринославов не ставилась под сомнение и до революции, и при большевиках. До революции главный акцент делался на приезде августейших особ в 1787 г. А после революции обе даты основания – и первого Екатеринослава, и второго – стали на равных фигурировать в прессе.

Даты основания Днепропетровска при Сталине и при Брежневе

Двадцатые годы ХХ века. До времен Брежнева было еще очень и очень далеко. А в прессе, как видим, уже выводили даты основания Днепропетровска от обоих Екатеринославов – и первого, и второго. В 1930-х гг., в самый разгар репрессий, большевистская власть города предложила праздновать 150-летний юбилей Днепропетровска. Причем не от первого Екатеринослава (1776 – 1777 гг.), и не от Кодака Старого или Нового (об этом тогда никто и не помышлял), а от той самой «старой» даты… 9 мая 1787 г. Когда два императора, один Светлейший князь и свита заложили собор и город. И никому не казалось это крамолой. Большевики, которых обвиняют в авторитарности и заангажированности, решили: лучше следовать традиции, чем наломать дров. Если бы так делали историки и политики в эпоху «перестройки»!

Во всяком случае, Менделя Хатаевича, первого секретаря горкома партии, выдвинувшего идею 150-летнего юбилея города в 1937 г., расстреляли (в том же году) совсем не за это. К юбилею была написана и замечательная книга Дмитрия Яворницкого «История города Екатеринослава». Однако ее не издали, и ей пришлось пылиться в архивах аж до 1989 г. Но об этом чуть позже.

В тридцатые – шестидесятые годы не очень много писали на исторические темы. Но если пролистать страницы путеводителей и газетных публикаций, то там говорится и о первом Екатеринославе, и о втором, и об обоих Кайдаках, и о Половице. Рассказ шел в целом традиционно: сначала первый Екатеринослав на Кильчени; потом город переносят на правый берег, на место Половицы; Старый и Новый Кайдаки как его предместья по планам Потемкина, и так далее. Реальный город в первое столетие не дотянулся даже до Новых Кайдак. А село Старые Кайдаки до сих пор не вошло в границы Днепропетровска.

После войны довольно быстро наступила эпоха «днепропетровского успеха», и встал вопрос о юбилее. Часто обвиняют Брежнева в том, что в семидесятых годах волюнтаристским путем «воскресили из мертвых» первый Екатеринослав, (который будто бы вообще существовал в проекте) и определили датой основания Днепропетровска дату появления первого Екатеринослава на самарско-кильченских болотах. Миф о волюнтаризме не соответствует действительности. Может, и хотелось престарелому Брежневу быстрого праздника у себя на Родине, но никто искусственно не сочинял мифы о первом Екатеринославе. Первый губернский Екатеринослав реально существовал с 1776 по 1784 годы, а остатки его сохранялись до 1792 г. О нем постоянно писали и помнили.

Генсек действительно чувствовал, что до 1987 г. он не дотянет. 1976 г. был все-таки ближе, поэтому взяли «самую первую» дату из истории Екатеринослава. И в 1972 г. на официальном уровне постановили праздновать 200-летний юбилей Днепропетровска в 1976 г. Правда только в том, что это было решение такое же политическое, как и историческое. В реальности между первым и вторым Екатеринославом историческая связь намного более прочная, чем между Екатеринославом и обоими Кодаками, которые с конца 1980-х гг. периодически пытаются объявить праосновой Днепропетровска (по национально-политическим соображениям).

Сказано – сделано! В 1976 г. грандиозно отметили 200-летний юбилей Днепропетровска (подробнее об этом – в № от 06.09.2006 г.). А что изменилось в исторических текстах? В принципе, ничего существенного. Как и раньше, излагалась история обоих Екатеринославов, Половицы, упоминалось о двух Кодаках. Разве что книги имели названия с юбилейным оттенком – «Днепропетровску 200 лет» и т.п. Казацкий период освещался слабо, но ведь и всю дореволюционную историю тогда не особо жаловали, отводя ей от силы несколько десятков страниц. Пятнадцать лет до конца СССР ничто не предвещало «взрыва», когда все традиционные подходы к происхождению Екатеринослава были объявлены имперскими (т.е. неприемлемыми) и чуть ли не фальсификативными.

«Когда в товарищах согласья нет». Секреты появления новых хронологий для Днепропетровска

Ближе к концу «перестройки» газеты вдруг запестрели разоблачительными публикациями. На смену традиционной хронологии (от двух Екатеринославов) были выдвинуты новые хронологии – в первую очередь от 1635 г. (даты основания крепости Кодак) и, позже, от 1650 г. (даты основания Нового Кодака, Новых Кайдак). Однако вопрос о «настоящих датах основания» появился не сам собой и не мгновенно.

Середина семидесятых годов ХХ века… Исторический факультет Днепропетровского государственного университета имени 300-летия воссоединения Украины с Россией (было и такое время – М.К.) имел репутацию одной из лучших исторических школ Украины. Параллельно это была и хорошая «кузница кадров» - и научных, и идеологических. Близость к власти, как всегда, имела свои плюсы и минусы. В 1976 г. пришло указание провести на факультете научную конференцию к 200-летию города Днепропетровска. Провести - то провели. Но были и недовольные, которые требовали свободы от диктата. Есть сведения, что появилось некое письмо, то ли в горком, то ли в обком, где излагалось несогласие с официальной точкой зрения. Последовали будто бы и санкции. Партия умела поощрять, умела и карать. Даже за выражение иной точки зрения.

Вероятно, с внутренних разногласий на днепропетровском истфаке и зародилась «историческая фронда», которая в полную силу проявилась тогда, когда СССР уже доживал свои последние дни. В «днепропетровской хронологии» конца ХХ – начала ХХI века тесно переплелись научные, национальные и политические факторы.

5 сентября 1989 г. в тогда еще областной комсомольской газете «Прапор юності» появилась разгромная статья тогда еще доцента кафедры истории УССР ДГУ Юрия Мыцыка «Юбилей по собственному желанию», где юбилей 1776 г. обвинили «во всех смертных грехах». Прозвучала мысль, что в том году провели празднование преждевременно, не дожидаясь 1987 г. – 200-летия правобережного Екатеринослава. И вдруг… в качестве даты основания был выдвинут не 1787, а… 1635 г. – дата основания крепости Кодак в окрестностях города. Почему Кодак, а не другой городской пункт старше Екатеринослава в ареале Днепропетровска? Этот вопрос остается загадкой. Ведь есть еще Новый Кодак, славянский город на Игрени, наконец Самарь на левом берегу. Хотя с Самарью загадки нет – ее начали откапывать только в самом конце девяностых.

Кодак почему-то назвали «солнцем казацкой свободы» (хотя построен он был поляками) и принялись интенсивно раскручивать эту тему в СМИ. Апогеем стал 1995г. – год 360-летия Кодака. 28 февраля в «Днепре Вечернем» под рубрикой «нечто сенсационное» вышла статья все того же Ю.А. Мыцыка «Нашему городу – 360 лет?». Кодак и Екатеринослав были объявлены одним городом, только переименованным. Когда ажиотаж вокруг Старого Кодака как-то стал утихать, обратились к Новому Кодаку. Такое же древнее (с середины XVII в.) поселение. Преимущество Нового Кодака увидели в том, что он был присоединен к Екатеринославу еще в 1795 г., потом, правда, отделился, а фактически вошел в состав города только в начале ХХ в.

Истоки новых хронологий довольно просты. Все «вышедшие из Союза» историки хорошо мыслили категориями политическими. «Кодацкая версия» показалась очень выгодным манифестом для пропаганды новой идеологии, украинской по своей сути, как тогда многим казалось. Суть новой хронологии – мы «возвращаем» казацкий этап нашей истории, и возвращаем городу его изначально украинский характер. Все традиционные взгляды были резко объявлены неприемлемыми. Начался период «жестких информационных войн», который скоро отпразднует собственный 20-летний юбилей. Результат – вместо детального изучения связей между древними городскими центрами – получилась громкая PR-кампания по пропаганде новой хронологии. Использовался широкий набор средств: митинги, шествия с флагами, разгромные публикации и «открытые письма» к мэру. Историки «традиционной» ориентации (в смысле дат основания) молчали, вполне справедливо не желая «связываться».

Кодак или другой город захотелось объявить предшественником Днепропетровска – лишь бы уйти от «ненавистного имперского» Екатеринослава. Слишком велик соблазн повернуть историю вспять. Но историю не изменишь – она уже состоялась. Нужно только усваивать и изучать ее, как бы мы не смотрели с позиций сегодняшнего дня.

А украинизация в Днепропетровске всегда продвигалась с большим трудом. Для этой цели требуются более серьезные проекты, нежели «новые хронологии». Двадцать лет «информационных войн» под лозунгом «настоящей даты основания» и переименования Днепропетровска в Сичеслав, – только на словах были «украинским проектом». Декларативные попытки внедрения «сичеславского проекта» практически не улучшили положение украинского языка и культуры в городе. За такой сложный вопрос, как культурная трансформация огромного мегаполиса, взялись не совсем подготовленные люди. Были попытки произносить названия «Кодак» или «Половица» как заклинание для будущей украинизации. Довольно скоро многие агитаторы фактически признали неспособность эффективно влиять на процессы, и уехали (в Киев, Запорожье и другие города). Оттуда периодически продолжают рассылаться новые «сенсационные» публикации. В одной из таких статей 2002 г. весь город Днепропетровск, его власть и его историки объявлены чуть ли не империей зла, а состояние исторической науки «синдромом СПИДа – научного иммунодефицита». Публикация в свое время наделала много шуму на днепропетровском истфаке. Но отвечать никто не стал – не солидно…

Как было сказано выше, получился «гордиев узел» из новых старых мифов, который разрубить нельзя. Остается только распутывать. И тут впору вспомнить – а что говорил по этому вопросу Яворницкий?

А что говорил по этому вопросу Яворницкий?

Открываем классическую книгу Дмитрия Яворницкого “История города Екатеринослава” и на первой же странице читаем: «Город Екатеринослав – всецело творение князя Г.А. Потёмкина». Причем фраза эта поставлена в начале очерка. Дальше следует подробное описание возникновения города сначала на Кильчени, потом на правом берегу Днепра. Изложение ранней истории Екатеринослава, сначала в голове у Потемкина, а потом реализация проекта на местности – занимает 70% объема «Истории города Екатеринослава». Яворницкий не только не обошел вниманием, но и подробно рассмотрел историю развития поселений в ареале будущего Екатеринослава – Старого и Нового Кодаков, Половицы. Однако четкой преемственности между ними и позднейшим Екатеринославом знаменитый историк не видит. Почему?

Книга эта написана в 1937 г. Лишь в 1989г. рукопись извлекли на свет божий и опубликовали (второе издание вышло в 1996 г.). И вот тут начинается самое интересное. В конце 1980-х и начале 1990-х гг. практически одновременно появились книга Яворницкого и новые хронологии происхождения Днепропетровска. Сторонники Кодака, прекрасно зная содержание «Истории города Екатеринослава», решили… просто обвинить Яворницкого в неискренности. Мол, он тоже хотел как лучше (т.е. как мы), но ему не дали, помешали и т.д. Юрий Мыцык насчет вопроса о происхождении города у Д.И. Яворницкого писал, что тот «обошел этот вопрос вообще, а писал в духе обкомовских установок...» (альманах «Січеславщина», 1997, вып. 1, с. 26). Яворницкий получил известность как раз тем, что в любые эпохи писал так, как считал нужным, и никогда не угождал властям. Возможно поэтому книга и осталась лежать в архивах до 1989 г. Репутация Яворницкого после таких высказываний вряд ли сильно пострадала. Однако мнение Яворницкого постарались затушевать – это факт.

Приехав в Екатеринослав уже зрелым человеком, Яворницкий понял, что украинизация этого уже сформировавшегося модерного городского центра – сложная задача, и декларации здесь не помогут. Ученый избрал другой путь – он «лелеял» исторический музей, писал десятки трудов, читал лекции, собирал единомышленников. Особых же причин связывать историю Екатеринослава и, скажем, Старого и Нового Кодаков, у Яворницкого не было. В начале ХХ века границы Екатеринослава заканчивались в районе современного телецентра по проспекту Гагарина (на юге), и в районе завода Петровского (на западе). Тогда сама постановка вопроса о выведении исторических начал города, вне екатеринославской традиции, от других населенных пунктов – могла показаться странной и удивить кого угодно.

Поселок Новые Кайдаки (бывший запорожский паланочный город Новый Кодак) только-только входил в состав города (с 1910-х гг.). А Старые Кайдаки... и сегодня не входят в городскую черту. Во времена Яворницкого еще хорошо различались на местности разные культурно-урбанистические традиции. Поэтому в своих выводах историк был довольно осторожен. Д.И. Яворницкий видел в Екатеринославе отдельный городской феномен и четко разделил город, начавший свою историческую жизнь (со второй попытки) в 1787 г., и результаты предшествующих колонизационных процессов (польского, запорожского и др.). Попытки же объединить в одну историческую картину Екатеринослав и другие более древние населенные пункты – результат смешения их в современном сознании.

Сейчас многое изменилось визуально. Мегаполис захватил и присоединил другие населенные пункты, постепенно «переваривая» их. Исчезли пустые земли, когда-то разделявшие разные поселения, лесопосадочные полосы. Но история-то не изменилась. Изменяться может только наше сознание. Куда и как – самый загадочный вопрос. История с определением «днепропетровской хронологии» явно не заканчивается.

Так существует ли единый «день рождения» Днепропетровска? Вероятно, точка в вопросе о дате основания Днепропетровска не будет поставлена никогда, пока будет жить «мировой» город на перекрестке культур, построенный на Степном Пограничье. «Хронологический» вопрос является только фасадом, за которым скрыта проблема культурной идентичности современного мегаполиса. Даже если выбирать из наиболее приемлемых традиционных дат – 1776 и 1787 г. – встает вопрос о том, как вести дискуссию, о «правилах игры». Двадцать лет сторонники оппозиционных днепропетровских хронологий объединяются во фракции, как в парламенте, периодически делая политические заявления и предъявляя свои ультиматумы мэру. Городской голова, да и городской совет в целом, не могут и не должны решать эту проблему. Горожане, объединенные в городскую общину, вместе должны определиться со своей идентичностью, чтобы достойно встретить глобализационные вызовы. Будем надеяться, что город уже переворачивает эту страницу своей истории. А эта статья… Если она помогла заинтересованному читателю глубже разобраться в проблемах «днепропетровской хронологии», значит, – она написана не зря.

Максим КАВУН


Текстовая версия сайта Версия для iPhone Версия для Android Gorod.dp.ua на Facebook 34-й телеканал ТРК Украина Газета Сегодня
copyright © gorod.dp.ua, ЧАО Сегодня Мультимедиа, ТРК Украина
Все права защищены. Использование материалов сайта возможно только с разрешения владельца.

О проекте :: Реклама на сайте